За словом и песней. Что ищут и находят в глубинке этнографические экспедиции

Чем жили, как одевались, о чём пели, что ели люди столетия назад в российской глубинке? Почему наши предки картошку называли яблоком? Какие уникальные вещи на селе до сих пор хранят в своих домах? Всё это выясняют учёные в этнографических экспедициях. Зачем такие исследования нужны в наш быстрый век, nn.aif.ru рассказала организатор этнографической экспедиции Нижегородского государственного историко-архитектурного музея-заповедника (НГИАМЗ) Ольга Кудрявцева.

Прикоснуться к душе народа

Злата Медушевская, nn.aif.ru: Ольга, зачем учёным ездить в экспедиции?

Ольга Кудрявцева: На самом деле история сбора этнографического материала в мировой практике достаточно короткая. Одним из первых, кто стал ездить в такие полевые экспедиции в начале XX века, был британский антрополог и этнограф Бронислав Малиновский. Можно сказать, что с него началась эра выездной работы, когда учёные прямо на местах бытования различных народностей узнавали, как они живут, какая у них речь, культура, медицина и так далее.

Почему это важно в современном мире, когда, казалось бы, всю информацию можно найти в Сети? Во-первых, информация эта в Сети откуда-то должна появляться в принципе.

Во-вторых, учёные едут за живым словом, диалогом, историями.

— Как вы находите людей, готовых рассказать, чем они живут и чем жили их предки?

— Как правило, отделы культуры в администрациях округов, местные музеи подсказывают, к кому можно обратиться, — от мастеров народных промыслов до простых бабушек. Например, в селе Новоуспенское Ветлужского округа мы пошли к местной жительнице смотреть, как устроена настоящая баня «по-чёрному». Всё потрогали, почти что баню натопили.

Тогда соседка, увидев нас, пригласила обследовать её дом. Там удалось обнаружить, пожалуй, самую важную для музея находку той экспедиции: на чердаке хранился набор для катания валенок. Уникальная вещь, такой в фондах нашего музея в полном составе не было! Оказалось, отец хозяйки бани в своё время делал валенки для всей округи.

Мы хотели выкупить набор, но владелица передала всё музею в дар в память о своём отце. Более того, женщина показала, как набором пользоваться. Эту информацию мы тоже записали. Видео станет частью Реестра объектов нематериального культурного наследия региона.

В экспедициях мы, конечно, не только обследуем бани — анкетируем людей по конкретному набору вопросов или проводим интервью-беседы.

Кстати, параллельно с этнографами во время беседы с респондентами работает лингвист, который обращает внимание на диалектные слова, постановку ударения и другие особенности речи. Мы заметили, что, прожив неделю в Ветлужском округе, сами стали говорить чуть быстрее, с таким широким растянутым «о».

В этнографические экспедиции сотрудники музея ездят уже несколько лет. Например, в 2024 году провели большое исследование традиций будаков — потомков переселенцев из белорусского Полесья. Во второй половине XVII века часть жителей этих земель перебралась в Лукояновский уезд Нижегородской губернии.

Кроме того, вместе с сотрудниками Нижегородской филармонии в 2024 году мы выезжали в Варнавинский округ. Жили в деревне Скулябиха прямо в Доме культуры, собирали по окрестным деревням и сёлам музыкальный материал.

В 2026 году музей присоединился к федеральной программе «Русский народ: традиции, ценности, образ будущего», нашим партнёром стал Институт этнологии и антропологии им. Н. Н. Миклухо-Маклая РАН. Цель проекта — изучить, кто, собственно, такие русские. В Нижегородской области первая этнографическая экспедиция этого проекта прошла в сентябре 2026 года в Ветлужском округе.

Свет стеклянных крестов. Кто поставил над тайгой необычный храм? Подробнее

Играют на пиле и печных заслонках

— Что интересного удалось узнать из таких поездок?

— Очень многое. Люди действительно пытаются сохранить память о своём роде, месте, где живут. Так, в деревне Минино местная жительница ведёт своеобразную летопись жизни населённого пункта. В отдельной тетрадке записывает, кто когда родился и умер, когда переименовали местный колхоз, когда чей дом сгорел.

Некоторые сельчане забирают из заброшенных домов, чьи владельцы умерли, семейные фотографии. К сожалению, родным эта память не всегда нужна...

В школе села Новоуспенского в память об одном из педагогов установили настоящую стелу на средства благотворителя. В Скулябихе местная энтузиастка Ирина Маликова создала коллектив «Весёлые соседи». Люди без музыкального образования, но с чувством ритма играют на пиле, чугунных горшках, печных заслонках и поют частушки, записанные со слов односельчан. Летом мы пригласили коллектив на «Народной культуры Фест» (6+) в Нижегородском кремле. «Весёлые соседи» привлекли к себе всё внимание! Здорово, что в коллективе есть и молодёжь.

У некоторых ветлужан имеются целые пухлые тетрадки, куда записывают частушки, песни. Это материал с местным колоритом — с упоминанием памятных мест, конкретных людей, праздников. До сих пор в тех краях деревнями ходят на престольные праздники друг к другу.

— Рецепты записывают? Сейчас большой интерес к народной кухне...

— Конечно. Более того, нас постоянно угощали местными блюдами. Из интересного: в Скулябихе мы попробовали местное блюдо «яблошник». Это картошка с яйцом и молоком, запечённая в печи с корочкой. Казалось бы, причём здесь яблоки? Потому что жители села картошку называли «земляными яблоками».

То же блюдо в моём родном Ковернинском округе называют «гуленник». Потому что у нас картошку считали «гуляющим» овощем.

Валяйте! Как снять фильм-«антологию валенка» Подробнее

Прошлое создаёт образ будущего

— Сохраняются ли в наших краях традиционные ремёсла?

— В селе Вознесенское Воскресенского округа живёт настоящий бондарь — это мастер, который изготавливает и ремонтирует деревянные ёмкости: бочки, кадки, чаны, вёдра, ушаты и другие сосуды. В своё время он собрал по округе инструменты и работает ими по старинным технологиям до сих пор. Часть инструментов бондарь тоже передал в дар музею.

В Ветлуге работает уникальный мастер Евгений Голубев. Он изготавливает туески-рюкзачки из бересты. Осенью заготавливает бересту, снимая её под определённым углом и определённым инструментом. Потом материал нужного диаметра надо особым образом скрутить. Далее береста сохнет... Это целый жизненный цикл.

Берестой занимался ещё отец Евгения. Сын его дело продолжать не особенно хотел, но понял: когда не станет отца, уйдёт и промысел, и решился обучиться ему. Удивительная история...

В селе Смиркино Городецкого округа живёт гончар Пётр Мерлухин. Он тоже продолжатель дела отца. Создаёт тончайшую керамику! Сейчас никто такой посуды больше не делает.

— Очень интересный пласт народной жизни связан с различными обрядами и знахарством...

— Мы такие вопросы задаём, но люди, как правило, отвечают на них очень неохотно. Правда, в селе Рожок Сосновского округа удалось на видео записать обряд хождения с сохой вокруг поля перед посевной на один из православных праздников.

Знахарки в деревнях тоже есть. Но это очень закрытая группа, о которой никто из местных приезжим не рассказывает.

— По большому счёту какова цель этнографических экспедиций?

— Конечно, это сохранение уникального народного наследия и одновременно формирование образа будущего. У людей нынешнего поколения нет понимания, как жили их предки и из чего складывается их культурный код. Материалы, которые мы собираем в этнографических экспедициях, ложатся в основу образовательных школьных и студенческих программ, выставочных, событийных, туристических проектов. Это очень важно.