699

Во всем виноват Сталин? Любой исторический факт требует проверки

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 44. Аргументы и Факты - Нижний Новгород 02/11/2016
Беда огромного народа - не вина одного человека.
Беда огромного народа - не вина одного человека. © / Commons.wikimedia.org

До сих пор в обществе спорят, кого считать пострадавшим от действий советского режима и насколько оправдан террор по отношению к народу. С Владимиром Сомовым, доктором исторических наук, беседуем о циничной истории, эмоциональных писателях и феномене доносов.

Сажали и за дело

- Владимир Александрович, в какой мере нашу область коснулись политические репрессии?

Владимир Сомов
Родился в 1972 году. В 1995 году окончил истфак Нижегородского государственного педуниверситета. Доктор исторических наук, профессор кафедры истории и политики России Института международных отношений и мировой истории Университета Лобачевского. Автор более 100 научных статей.

- Политические репрессии - исторический факт. Нижегородской области они, безусловно, коснулись. Но, на мой взгляд, пришло время уточнить, что мы вообще понимаем под политическими репрессиями.

18 октября 1991 года вышел федеральный закон «О реабилитации жертв политических репрессий», где это определение имеет предельно широкую трактовку. Здесь есть риск далеко куда зайти и жертвами политических репрессий смело признать тех, кто пострадал во времена опричнины, декабристов. Или старшего брата Ленина - Александра Ульянова, который покушался на императора Александра III и был казнён.

- Наверное, когда речь идёт о политических репрессиях, большинство россиян вспоминают сталинские времена?

- «Сталинские репрессии» - скорее, общественное, нежели историческое понятие. Оно присутствует в научных работах, дискуссиях, но опять же нет такого юридического определения.

Как учёный я много занимался историей Горького в годы Великой Отечественной войны. Лично видел архивные документы той поры, свидетельствующие, что расстрельные приговоры выносили людям, воровавшим хлеб с заводов. Запомнилось дело начальника склада, который в личных целях расхищал вещи, собранные горьковчанами для отправки на фронт бойцам. И таких дел было немало.

Формально эти люди подверглись преследованиям в годы правления Сталина и вполне могут считаться жертвами политических репрессий. Но какова моральная оценка их действий?

Политические репрессии в те годы были. Это установлено историками по крупицам доступных к изучению архивных документов, но вопрос в их масштабах. Даже реабилитации после XX съезда в 1956 году и после 1991-го года носят не столько юридический, сколько политический характер. На мой взгляд, чтобы окончательно закрыть все вопросы по политическим репрессиям в нашей стране, надо каждое такое дело подвергнуть юридической экспертизе. Только тогда бы мы поняли: столько-то людей у нас репрессированы незаконно, столько-то - признались в преступлениях под пытками. Но часть дел до сих пор засекречена, к другим имеют доступ только родственники, а ещё часть вообще уничтожили...

История цинична

- А как же воспоминания людей, тех самых жертв политических репрессий?

- Воспоминания людей - их личная трагедия, зачастую очень эмоционально окрашенная. С исторической точки зрения, на мой взгляд, отчасти недостоверны и литературные произведения, в том числе Александра Солженицына.

Считаю, единственный кто с точки зрения историософии подошёл к осмыслению проблемы политических репрессий в нашей стране, - это философ Александр Зиновьев, который сам в 17 лет с товарищами готовил покушение на Сталина.

История - вещь циничная. Вы лично можете верить конкретному человеку, но с точки зрения науки любой факт надо проверять и перепроверять. Ещё одна проблема нашего общества - упрощение сложных исторических явлений. Это уход от проблемы. Меня, например, не устраивает определение, что все политические репрессии и их последствия - это реализация личных замыслов товарища Сталина. Это просто физически было невозможно без поддержки народа.

- Доносы писали люди…

- Доносы - психологический феномен. Безусловно, это некий сигнал о проблемах, о психопатии в обществе. И я лично видел много архивных документов с «сигналами» граждан. По многим проведены проверки - и ничего не обнаружено. Ряд доносов откровенно говорит о психической невменяемости их авторов.

Парашют агитатора

- В те времена на каждый донос власти были обязаны реагировать?

- Уверен: государственная система во все времена обязана реагировать на любое письменное обращение гражданина. Не стоит забывать, что с 1931 года «наверху» не сомневались, что грядёт большая война. К ней готовились на скрытом, ментальном уровне. В преддверии внешней угрозы людям внушали, что некое действо даже чисто теоретически можно совершить не на пользу государству.

Да, были перегибы. В НКВД приходили работники столовых с заявлением, что увидели в пересолённом поварами супе элемент вредительства. Директора фабрики по производству стиральных машин арестовали за то что, если посмотреть на барабан машинки сверху, то можно увидеть сходство со свастикой.

Но ведь и иностранная разведка работала. За годы Великой Отечественной в нашей области перехватили около 100 парашютистов, высадившихся ради антигосударственной пропаганды. В 1941 году в некоторых домах Горького происходили молебны за германское христолюбивое войско. По городу расклеивали листовки, что Гитлер якобы идёт в Россию с добром.

- Люди, которых сегодня признали жертвами политических репрессий, и их родственники имеют право на компенсации от государства?

- В каком-то смысле они эту компенсацию уже не получат никогда. Главное - вернуть доброе имя пострадавшему человеку.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах