Второй дом. Как люди из Полесья в XVIII в. оказались на русской земле

В XVIII — XIX веках в Нижегородскую губернию вынужденно переселились из Беларуси тысячи крестьян. Местные прозвали их будаками. Столетиями на чужой стороне эти люди хранили уникальные традиции родного Полесья: ели щи из свеклы — бурака, женщины носили платки-ширинки и юбки-понёвы...

Что это были за люди и как они жили, nn.aif.ru рассказала заведующая отделом истории Нижегородского государственного историко-архитектурного музея-заповедника Татьяна Кузьмина.

Сарахван и Хвёдор

Историки выделяют две переселенческие волны в Нижегородскую губернию. В XVII веке при царе Алексее Михайловиче в рамках великодержавной политики в Лукояновский уезд (современные Лукояновский, Большеболдинский и Починковский округа) переехали подданные Великого княжества Литовского, а также белорусы, небольшое количество украинцев и поляков.

Вторая волна пошла в конце XVIII — начале XIX века: тогда уже довольно большую группу своих крепостных крестьян с территории Полесья в Нижегородскую губернию переселили последний гетман Войска Запорожского граф Кирилл Григорьевич Разумовский и его наследники. В Лукояновском уезде у него была огромная вотчина из пожалованных государями земель. Позднее часть имения Разумовского перешла князьям Кочубеям, которые тоже переселяли сюда крестьян из своих западных белорусских владений.

Вторая волна переселенцев постепенно слилась с представителями первой. В итоге в Лукояновском уезде образовались почти два десятка населённых пунктов, связанных с переселенцами из белорусского Полесья.

Местные жители по-разному называли пришлых людей: польша, литва, ягуны, ламаенки. Но самым живучим оказалось слово «будаки». Почему? В Лукояновском уезде в XVIII веке были сплошные леса. Переселенцев привлекли к работе на поташных заводах. В лесу вырубали дубы, жгли их, полученную золу весной замачивали, обмазывали ею поленья и вторично сжигали в больших кучах — будах. Из золы добывали поташ (карбонат калия), который экспортировали и использовали в производстве пороха, стекла, мыла, сукна. Именно переселенцы трудились на производстве поташа, потому их и назвали будаками.

«Со временем будаки поташным промыслом заниматься перестали, переключившись исключительно на земледелие, для которого были все условия на плодородных лукояновских землях, — продолжает Татьяна Кузьмина. — Потом представители этой этнической группы особенно пострадали во время голода 1891–1892 годов в Нижегородской губернии — голод случился из-за неурожая».

Постепенно будаки стали ассимилироваться с местным населением, но очень долго сохраняли свои традиции. Ещё в середине XIX века знаменитый русский писатель, этнограф, создатель «Толкового словаря живого великорусского языка» Владимир Даль указал на характерный «дзекающий» и «цекающий» говор будаков. Например, они говорили: «Добрый дзень!»

Ещё одна особенность речи будаков — русский звук «ф» они произносили как «х» и «в». Получался не «Фёдр», а «Хвёдр», не «сарафан», а «сарахван».

Вышиванные рукава

Но если особенное произношение с годами нивелировалось, то отношение будаков к своему историческому прошлому очень и очень долго сохранялось, особенно традиции прослеживались в женском народном костюме.

«Мы с сотрудниками музея ездили в этнографическую экспедицию в сохранившиеся в Нижегородской области будацкие поселения, и там в небольшом музее нас поразила фотография времён СССР, — рассказывает Татьяна Кузьмина. — На фото работницы колхоза стоят в платках-ширинках. Это был такой праздничный вариант головного убора у будаков — широкое полотенце, в некоторых случаях украшенное лентами, особым образом повязывали на голову».

Основой костюма замужней женщины у будаков была юбка — понёва. Шили её из домотканой грубой материи — шерстяной или холщовой, окрашивали в яркие цвета и богато украшали подол.

Поверх надевали рубаху. У будаков рубахи отличались очень интересной самобытной вышивкой — вышиванными рукавами.

Был у будаков и особый девичий головной убор, который называли «вянок». Он состоял из цветков типа флёрдоранжа и красивых лент. В очерке «В голодный год» (16+) писатель Владимир Короленко так описывал женщин этой этнической группы: «Женщины очень стройны, отличаются даже походкой, гибкой и грациозной, здоровьем и силой. Они любят веселье и песню (не в нынешний, однако, год)... В крови осталось ещё солнце тех стран, где умеют и петь, и любить, и веселиться».

Понятно, что национальные костюмы будаки носили по особым случаям — на праздники, свадьбы и так далее. Но традиции берегли, и одежда была частью этого.

Кстати, в 1892 году в разгар голода в Нижегородской области в селе Елфимово Лукояновского уезда, где проживало особенно много будаков, на средства благотворителей Владимир Короленко открыл народную столовую для наиболее нуждающихся крестьян.

За словом и песней. Что ищут и находят в глубинке этнографические экспедиции Подробнее

Суп из свёклы, но не борщ

Во время этнографической экспедиции Татьяна Кузьмина с коллегами познакомились с Татьяной Воробьёвой. Та живёт на хуторе Белецком, образовавшемся как выселки села Елфимово. Татьяна Дмитриевна считала, что корни у неё будацкие, поэтому собирала фольклор и лексику этой этнической группы.

Она показывала гостям самодельный словарик, где записаны традиционные для будаков слова. Например, обои они называли «шпалеры», одежду — «мохрами». Так и говорили: «Подбери свои мохры». Кровать назвали «коник» и так далее...

Впечатлили этнографов и гастрономические особенности будаков. Суп эти люди готовили с бураком. Так называли свёклу — не сахарную красную, а белую с розовыми прожилками. Бурак предварительно квасили в бочках с солью, а потом из него варили щи. Борщом этот суп не называли никогда.

Будаки использовали в своей кухне много мака. Его специально сажали в огородах для этих целей. Мак после сбора хранили в огромных кадушках, смешивали его с сахаром и пекли пироги.

Будаки были «мирными» переселенцами. Особых конфликтов с местными жителями у них не было. Они не жили обособленно и в результате межэтнических браков постепенно растворялись в других традиционных для Нижегородской области национальностях.

«В 1959 году сотрудники тогда ещё Горьковского музея-заповедника посетили 16 населённых пунктов, где жили будаки, — уточняет Татьяна Кузьмина. — На тот момент будаками себя считали около 6000 человек, проживающих там».

По словам Татьяны Кузьминой, помнить о будаках надо и сегодня. В Нижегородской области на протяжении всей истории проживало большое количество совершенно разных народностей. А с будаками у русских ещё и общие славянские корни.