aif.ru counter
Галина МУБАРАКШИНА
157

27 января - День снятия блокады Ленинграда

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 4. Аргументы и Факты - Нижний Новгород 25/01/2011

- Даже в самые тяжёлые минуты я не терял уверенности, что наши солдаты не отдадут Ленинград немцам, - говорит Сергей Сергеевич Фогель, председатель совета Нижегородской областной общественной организации защитников и жителей блокадного Ленинграда. - Все в это верили.

Все на окопы

Сергей Сергеевич помнит блокаду очень отчётливо. В начале войны ему было 10 лет. В Ленинграде жила его большая семья: бабушка, мама и две младшие сестры - пятилетняя Марина и кроха Галочка, она родилась в начале 1941 года. Отец, кадровый военный, прошедший Гражданскую и советско-финскую войну, в это время служил в Архангельске.

- Для нас война началась сообщением по радио о внезапном нападении фашистской Германии на СССР, - вспоминает ветеран. - В первые же недели в Ленинграде и Ленинградской области было объявлено военное положение. Мы слышали, что, несмотря на ожесточённое сопротивление, наши войска были вынуждены сдавать города и сёла...

Уже летом было предчувствие, что короткой войны не получится. Началась подготовка Ленинграда к обороне. Женщинам и старикам помогали дети, ребята 10-12 лет и старше. «На окопы», как тогда говорили, выезжали на целый день.

- В самом начале войны, вплоть до октября, занятия в школе продолжались, - вспоминает Сергей Сергеевич. - Когда наступили холода, мы при поддержке школы занимались сбором тёплых вещей для фронта. Бабушки вязали рукавички, носки.

Кроме одежды, дети собирали пустые стеклянные бутылки, которые потом заправлялись  «коктейлем Молотова». В начале войны это было довольно грозное оружие против немецких танков.

И пошёл дальше…

В июле 1941 года начались авианалёты на город, чуть позднее, когда враг подошёл совсем близко, - артобстрелы. Во время бомбёжки в числе других ребят Серёжа Фогель дежурил возле бомбоубежищ (их разместили в подвалах многоэтажных домов): прохожие, слыша сигнал воздушной тревоги, терялись, не зная, куда прятаться…

- Удивительно, но к обстрелам, взрывам я быстро привык, - говорит ветеран. - Может быть, потому, что был мальчишкой и всё было интересно. А может, потому, что воздушная тревога объявлялась по 10-12 раз в день…

Однажды, идя за хлебом, маленький Серёжа Фогель попал под артобстрел. Их семья жила на Васильевском острове, где располагались несколько складов боеприпасов и крупные заводы.

- Я уже знал, как вести себя в такой ситуации, - рассказывает он. - Слышишь дальний выстрел. Потом раздаётся резкий звук, похожий на визг. Если он переходит в шипение, значит, снаряд взорвётся рядом. Правда, на то, чтобы понять это и спрятаться, у тебя секунды…

Услышав шипение, мальчик заскочил в подъезд и упал. Раздался взрыв, полетели комья земли. Подождав, он услышал ещё один: артиллерийские батареи посылали несколько снарядов примерно в одну точку. Потом мальчик встал и пошёл дальше…

Однажды ночью во время авианалёта бомба попала в соседний дом. Она прошла прямо посередине, застряв на уровне первого этажа. Люди, жившие в уцелевших половинах, свои квартиры покидать не стали. Но бомбу не успели разминировать.

- Ровно сутки спустя, днём, она сработала, - вспоминает ветеран. - Вдруг абажур на лампе затрясся, в шкафу зазвенела посуда, а потом грянул взрыв. Оказалось, бомба была замедленного действия. После неё на месте многоэтажки осталась груда обломков…

Четверо в доме

8 сентября 1941 года немцы вплотную подошли к Ленинграду, фактически отрезав все пути сообщения с остальным миром. Вскоре линия фронта проходила уже по окраине города, по конечным остановкам трамвая. Наступили холода, в ноябре ударили первые морозы… К 20-му числу лёд на Ладожском озере ещё не установился. Ленинград был обречён на голод. Хлеб выдавали по карточкам. Норма питания сократилась до минимума: для рабочих - 250 г в сутки, для иждивенцев, стариков и детей - 125 г.

- В ноябре умерла наша младшая сестрёнка… - говорит Сергей Сергеевич. - Нас осталось четверо в насквозь промёрзшем каменном доме.

К концу осени ленинградцы оказались без тепла, света, водопровода и канализации.

- Грелись у маленькой «буржуйки», - рассказывает Фогель. - Но топить было нечем. Сначала собирали на улицах щепки. Потом начали ломать мебель, жечь книги. У нас была большая библиотека…

На плечи маленького Серёжи легла забота о семье. Мама, пока были силы, работала, старенькая бабушка хозяйничала по дому. Фогель-младший ходил за едой, отстаивая длинную очередь, и на Неву - за водой. Очереди за хлебом двигались медленно - каждый кусочек вымеряли с точностью до грамма.

- Река была в двух кварталах от нас, - говорит ветеран. - В толстом льду - несколько прорубей, возле которых скапливался народ.

Воду набирали маленькой кружкой, а затем по крутому склону поднимались наверх. Каменная лестница - спуск к Неве - была заметена снегом и залита водой. Серёжа не раз, поскальзываясь, опрокидывал кастрюлю. И шёл к проруби снова.

Тёплый хлеб!

В ноябре люди начали умирать тысячами. Сначала их хоронили. Гробов не было: трупы заворачивали в материю, обвязывали верёвкой, клали на санки… Затем, когда силы совсем иссякли, мёртвые тела стали складывать в неотапливаемых комнатах.

- В коммуналке, где мы жили, было шесть семей, - вспоминает Сергей Сергеевич. - От голода три из них полностью вымерли… Мы знали, что скоро и нас ждёт та же участь.

Оторванные от мира, еле живые от голода, они каждый день расшторивали окна и просто лежали, чтобы сохранить силы.

- В этой тяжелейшей обстановке единственное, что, наверное, хоть как-то поддерживало наш дух, было радио, - говорит ветеран. - Оно работало круглосуточно. Мы слушали стихи, военные песни, сообщения советского информбюро. Во время обстрелов и воздушных налётов работал метроном. И мы не теряли веры, что Ленинград врагу не отдадут…

В феврале 1942 года к Фогелям пришли сотрудники военкомата и предложили эвакуироваться. Ночью в одном из десятка грузовиков они по «Дороге жизни» пересекли Ладожское озеро. В Архангельске семью ждал Фогель-отец. В составе его воинской части семья прошла дорогами войны от Донбасса до южных рубежей страны. Великая Отечественная закончилась для них под Одессой. Месяцы эвакуации навсегда врезались в мальчишескую память.

- Перед переправой нас хорошо накормили: борщом, кашей, - добавляет Сергей Сергеевич. - Мама не давала нам много - боялась, что переедим. Помню, как дрожали руки: я ел не муку, смешанную с пылью, жмыхом, целлюлозой, а настоящий, хрустящий, ещё тёплый хлеб…

Справка

Фогель Сергей Сергеевич, председатель совета Нижегородской областной общественной организации защитников и жителей блокадного Ленинграда - ветеранов Великой Отечественной войны. Родился в 1931 году в Ленинграде. Окончил Одесское военное училище. Служил на Дальнем Востоке, преподавал в военных училищах в Ставрополе и Вильнюсе (Литва). В 1993 году переехал в Горький. Подполковник в отставке.

Рождественский огонь

Среди участников общественной организации блокадников много героев, защитников Ленинграда. Один из них - 92-летний Константин Александрович Пронин. Накануне войны он с отличием окончил Ленинградское военное артиллерийское училище. 23 июня 1941 года получил звание лейтенанта за отличную учёбу.

На протяжении всей блокады он командовал артиллерийской батареей на Ленинградском фронте. Корректировал направление огня, забравшись на заводскую трубу, откуда были видны позиции немцев. Накануне рождества батарея уничтожила клуб, где в это время собрались на праздник фашисты. За воинскую доблесть Пронин награждён орденом Александра Невского, а также орденами Отечественной войны I, II степени, орденом Красной Звезды...

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество