Работать на наноуровне. Инженер раскрыл, как создают материалы будущего

Инженеры в России в принципе на вес золота. Но есть среди них специалисты совсем уникальные, они занимаются инженерией материалов — проще говоря, программируют свойства материалов под конкретные нужды науки и производства. Легко ли работать на наноуровне и зачем инженеру профессиональная злость, nn.aif.ru узнал у кандидата физико-математических наук, доцента кафедры физики полупроводников, электроники и наноэлектроники ННГУ им. Н. И. Лобачевского Руслана Крюкова.

Благодарен ЕГЭ

Злата Медушевская, nn.aif.ru: — Руслан Николаевич, наверное, ваш путь в сложную научную область инженерии материалов начинался с любви к точным наукам в школе?

Руслан Крюков: — Я учился в обычной сельской школе, но у меня были замечательные преподаватели — например, по математике и физике. На мой взгляд, хороший педагог должен заставить ученика думать, «запустить» ему мозги, а не просто научить выполнять задания. Для научной работы очень важно, чтобы человек умел анализировать, делать выводы. Без аналитического склада ума, на мой взгляд, в той же науке делать нечего. В плане учителей мне повезло. Школу окончил с красным аттестатом.

Думаю, повезло и при поступлении в вуз. Дело в том, что в тот год в России ЕГЭ стал обязательным для всех выпускников школ. Если бы ЕГЭ не было, наверное, я не рискнул бы ехать сдавать экзамены в большой город, а поступил бы где-то рядом с домом в техникум или училище.

А тут даже в МГУ документы подавал. Поступил в результате в ННГУ. Поэтому я за ЕГЭ. Это, по сути, единственный вариант ребятам из сельской местности поступить в хороший вуз.

Кстати, учителя нас к ЕГЭ, как принято сейчас, особо не натаскивали. Тех знаний, что дали в рамках обычной школьной программы, хватило, чтобы сдать экзамены.

Учиться в вузе, правда, первые два года было сложно. На этом этапе многие ломаются. В школе тебя заставляют учиться — как-никак а окончить ты её должен. В вузе ты уже за себя в ответе сам. Постепенно перестроился на рабочий лад...

— Почему выбрали в качестве профиля работы именно инженерию материалов?

— Это междисциплинарная область науки, где сошлись моя любовь к физике и химии, особенно неорганической. Суть инженерии материалов в том, чтобы не просто изучать свойства веществ, а целенаправленно проектировать, создавать и оптимизировать материалы и технологии их обработки для решения конкретных задач.

Например, возьмём лазер. Он всегда излучает свет на определённой длине волны, определённого цвета. Вы можете изменить цвет этого излучения, поменяв состав материала. Светил лазер зелёным цветом, а будет — красным. Для чего это нужно? Например, для медицинских разработок, когда разная длина волны воздействует на разные молекулы.

Или атмосфера имеет окна прозрачности. Чтобы лазерное излучение с меньшими потерями проходило через атмосферу, надо, чтобы оно соответствовало определённой длине волны. Здесь тоже помогает инженерия материалов.

Мы работаем с нано— и микроструктурами, которые сегодня активно используются в оборудовании. В этом случае система очень чувствительна к неоднородностям, которые сказываются на характеристиках работы. Их надо искать и либо устранять, либо подстраивать их наличие под конкретные задачи.

Вызов самому себе. Почему инженер готов гореть на работе Подробнее

Наука не отстаёт — «хромает» маркетинг

— Если мы говорим об инженерии материалов, что нас ждёт в этом плане в будущем?

— У нас в вузе ведутся разработки мемристорных структур — это основа для создания энергонезависимых элементов памяти, которые одновременно могут выполнять и вычислительные функции. Конечным итогом, они могут стать основой для ускорителей искусственного интеллекта. В плане инженерии материалов мы помогаем в этой работе.

Кроме того, перспективны работы с термоэлектриками — это материалы, которые любое тепло позволяют превратить в электричество.

Есть и проект, связанный с высокотемпературными сверхпроводниками. В Подмосковье уже построены электроподстанции, где такие сверхпроводники используют. Проблема в том, что функционируют они при температуре жидкого азота, и соответственно возникает необходимость их охлаждать. Мы в рамках своих исследований помогаем повысить рабочую температуру. Итог — это позволит большое количество электроэнергии передавать на большие дистанции с меньшими потерями.

— В плане инженерии материалов мы отстаём от Запада? Есть ли успехи в импортозамещении?

— Я считаю, что в научном плане отставаний нет, а вот с точки зрения маркетинга — да. Наука с советских времён хорошо институционализирована (НИИ, академии), но публичная демонстрация прорывов и выстраивание диалога с бизнесом до сих пор у нас не системная задача.

Что касается импортозамещения, работы ведутся. Что-то важное уже создано, особенно для военно-промышленного комплекса. В современном мире коллаборация науки и бизнеса — это очень важно: учёные создают технологическую основу и открывают новые возможности, а бизнес ускоряет внедрение инноваций и повышает их практическую ценность.

Летать на такси и экономить топливо. Куда движется мировой автопром Подробнее

Навык создавать новое

— Параллельно с основной работой вы преподаёте. На ваш взгляд, как привлечь ребят в научную деятельность?

— Современной молодёжи важен заработок. Это не секрет. Но, чтобы человек остался в науке, одного финансового аспекта, на мой взгляд, недостаточно.

Надо вызвать, если хотите, профессиональную злость, азарт. Ведь глупых людей среди тех же студентов мало — есть ленивые, те, кто не хочет вести аналитическую работу, что-то читать, считать дополнительно.

Потом, надо студенту объяснять, что он может стать уникальным специалистом. Может не просто сидеть в лаборатории, а, умея смотреть на вещи под другим углом, создавать что-то новое, работать с удовольствием.

— Вы работаете с тонкими материями, а починить руками что-то можете?

— Жена не жалуется. Розетку точно поменяю и гвоздь забью.