Импортоопережение. Каким должен быть современный инженер?

В наше время хороший инженер — штучный товар на рынке труда. Порой это действительно незаменимый человек. За такими специалистами охотятся работодатели, чтобы ни происходило на рынке труда: без толковых инженеров невозможно успешное развитие предприятий. Почему мини-робот — не игрушка, а отличный способ профориентации и должен ли инженер оставаться в науке, nn.aif.ru рассказал заместитель директора Института промышленных технологий машиностроения по научной работе Нижегородского государственного технического университета им. Р. Е. Алексеева Максим Аносов.

Студентом — в цех

Злата Медушевская, nn.aif.ru: Максим Сергеевич, а как вы для себя решили, что хотите стать именно инженером?

Максим Аносов: Физика, математика, различные расчёты с детства были мне интересны. С удовольствием в энциклопедиях читал биографии известных инженеров и изобретателей.

К тому же у меня в семье были и инженеры-технологи, и заместители руководителей крупных предприятий. В общем, классу к девятому я со своим профессиональным выбором определился. Решил идти в политех учиться на инженера-конструктора или инженера-технолога. Была мечта создавать что-то новое.

Кроме того, я знал, что профессия инженера уже в годы моей юности была уже очень востребована. Без работы я бы точно не остался.

Собственно, уже на четвёртом курсе я и начал работать инженером-технологом — понимал, стаж инженеру надо получать ещё во время учёбы. Трудился я на современном оборонном предприятии. Мы с коллегами проектировали новые цеха, закупали в них оборудование, разрабатывали высокопроизводительные технологические процессы. Было очень интересно.

— Почему же вернулись к научной деятельности?

— Параллельно с работой я учился в аспирантуре и писал кандидатскую диссертацию. Мой научный руководитель был человеком дальновидным и предложил мне работать над очень перспективной темой. В то время, да и сейчас, актуальными были исследования Крайнего Севера: например, изучали, как ведёт себя металл при низких температурах. Научная работа меня увлекла. Тем более, что она подпитывалась государственной грантовой поддержкой.

Что касается работы на предприятии, за три года нам удалось выстроить все процессы в новом цехе. Дальше пошла рутинная работа, а я мечтал о новых задачах.

Сейчас я курирую различные научно-технологические проекты. Это и разработка новых видов станочного оборудования и инструментального обеспечения производства, и разработка систем автоматизации, роботизации. Формирую научные группы, обозначаю вектор научно-исследовательских опытно-конструкторских работ (НИОКР).

Мне особенно интересно, что многие НИОКРы в наши дни завершаются не просто научно-технологическим отчётом, а выпуском нового образца продукции. Например, сейчас очень актуальны такие направления, как реверс-инжиниринг и аддитивные технологии. Мы берём изделие, которое нужно не просто повторить, а улучшить его характеристики. То есть речь идёт не об импортозамещение, а об импортоопережении.

Кроме того, я занимаюсь наставничеством, работаю со студентами старших курсов, которые пишут проекты и формируют заявки для получения грантов. Примерно 20% ребят грантовую поддержку получают. Так молодёжь получается удержать в инженерной науке.

Робот человеку не замена. Зачем был нужен ЦИПР-2026? Подробнее

Стремиться к безлюдному производству

— Недавно в Нижнем Новгороде проходила XI конференция «Цифровая индустрия промышленной России» (ЦИПР), где обсуждались перспективы цифровизации отечественных предприятий. На ваш взгляд, какие технологии в ближайшее время обязательно придут в цеха?

— На мой взгляд, надо стремиться к безлюдному производству. Подобные примеры мы повсеместно видим у китайских партнёров. Но это не значит, что людей нужно уволить и просто заменить их роботами. Но необходимо автоматизировать рутинный труд, а сотрудников освободить на более интересные задачи. Условно, человек, пройдя курсы переподготовки, может программировать системы и зарабатывать больше.

Однозначно стоит заменять роботами человека на вредных и физически сложных производствах. У нас дефицит рабочих кадров колоссальный — людей надо беречь.

Очень перспективны на производстве аддитивные технологии. Они заменяют классические технологии, когда, скажем, брали прут большого диаметра и тратили огромное время на процесс его механической обработки, чтобы из заготовки получить деталь. Аддитивные технологии упрощают геометрию изделия, позволяя изготовить что-то принципиально новое с точки зрения формы, материалов.

В наши дни на высокотехнологичных производствах даже операторы станков с числовой системой управления уже должны быть немного инженерами. Ты уже не просто нажимаешь на кнопки. Сейчас предприятия закупают системы ЧПУ с элементами искусственного интеллекта. В связи с этим нужно знать интернет-технологии, облачные технологии и многое другое. Надо постоянно развиваться и как минимум раз в два года проходит профессиональную переподготовку. В нашем мире любые знания устаревают очень быстро.

Мудрость против дерзости. Кого слушать, выбирая профессию? Подробнее

Станок в соседней аудитории

— Вы описываете работу инженера как очень увлекательную. Почему же молодёжь в эту профессию не особо стремится? Кадровый голод на предприятиях повсеместный...

— По среднему баллу абитуриентов, которые поступают в наш институт, видно, что они очень умные ребята. И отток в вузы других городов стал меньше — абитуриенты выбирают Нижний Новгород. Среди них есть будущие инженеры, которые точно найдут своё место в профессии. Да, их меньше, чем хотелось, но они есть.

Думаю, ребята стали больше интересоваться работой инженера, потому что в вузах появились новые современные лаборатории. Раньше как было? Писали на доске теорию, показывали станок на картинке, в лучшем случае запускали видео. Скучно — что очникам, что заочникам! Они понимали, придут на завод, и там ещё минимум два года пройдёт, пока их после практики и стажировки подпустят к чему-то серьёзному.

Сейчас ребята в одной аудитории изучают теорию, а в соседней на новом оборудовании проходят практику. Это тоже привлекает молодёжь.

Однозначно надо и дальше заниматься популяризацией инженерных специальностей, например, через робототехнику. И делать это с первого класса, двигаясь от простых вещей к сложным: собрали школьники что-то из конструктора, потом уже — мини-робота и так далее. И такие ребята точно придут в профессию, если они на этом выросли.

Активные предприятия за потенциальными сотрудниками сейчас уже на первый курс приходят, поскольку к третьему курсу уже 80-90% студентов трудоустроены. Заводы создают на базе вуза лаборатории. Студенты работают на их оборудовании, и логично, что после диплома выбирают знакомое им предприятие. А ещё я рад, что 10-15% выпускников решают продолжить научную деятельность на базе вуза.

— На ЦИПРе-2026 обсуждали, как сократить путь от разработки до серийного производства. У вас есть ответ на этот вопрос?

— На мой взгляд, уже на начальных этапах должно быть понятно, кто заказчик НИОКР. Не должно быть такого, что вот мы что-то придумали, довели до высокого уровня готовности, а потом убрали в ящик, поскольку это никому не нужно.

Сейчас и государственная грантовая поддержка направлена на связь с реальным производством. Заявку на грант часто подают от заказчика работ, иногда он грант и софинансирует. При вузах должны быть опытно-промышленные лаборатории и производства, где можно собрать единичный прототип изделия или его мелкую серию. За этим будущее инженерной науки.

Главный вопрос

— Если мы говорим о научной инженерной деятельности, то она тесно связана с грантовым финансированием, порой непостоянным...

— Мы молодым ребятам сразу говорим: гранты — это только часть ваших доходов. Есть педагогическая деятельность и, главное, проектная деятельность с предприятиями. Когда эта вся цепочка запущена, то она работает.