«Вода в Волге стояла столбами». Какой запомнила войну девочка Нина

Голод, потери близких, воздушные тревоги стали частью военного детства маленьких горьковчан. Но были там и детские игры, и радость Победы с песнями и танцами на главной площади. Удивительные воспоминания о жизни города тех лет оставила потомкам Нина Николаевна Галай (в девичестве Качкина). Подробности — в материале nn.aif.ru.

Вернулись с того света

Нина родилась 25 августа 1940 года в Горьком. Её отец Николай Никифорович Качкин ушёл на фронт добровольцем в первые дни Великой Отечественной войны. Нина с мамой Натальей Михайловной остались одни в тыловом, но голодном городе.

Чтобы как-то помочь горьковчанам с продуктами, городские власти раздавали всем желающим землю под посадку овощей. Маме с Ниной достался клочок земли в районе Зелёного Города. Посадили картошку... Со сбором картофеля и связано одно из первых детских воспоминаний Нины.

Девочке около двух лет. Она выбирает из земли картошку в подол фартука и ссыпает её в ведро. Накопали два мешка. Потом волоком на фанерке с трудом донесли мешки до железнодорожной станции со смешным названием «Припрыжки». Там за одну минуту надо было погрузиться в проходящий товарный поезд. Нина не помнила, как маме удалось это сделать. Она проснулась на мешке картошки, когда поезд приближался к Горькому.

В два с половиной года Нина тяжело заболела дифтерией. В голод и в этом не было ничего удивительного. Врачи честно сказали маме, что шансов на выздоровление у девочки мало. Об этом Наталья Михайловна написала своей матери, которая жила в Макарьеве. Бабушка очень любила внучку...

Мама трое суток не отходила от Нины в больнице. Врачи с трудом уговорили женщину пойти домой поспать. А дома Наталью Михайловну ждало сразу два страшных известия: похоронка на мужа и телеграмма из Макарьева: её мать умерла от сердечного приступа... Женщина, не помня себя, вернулась в больницу, и ей сказали, что дочка тоже скончалась час назад. Три смерти самых близких людей за день!

«Как мама всё это вынесла?! Мой мозг до сих пор этого не понимает», — пишет Нина Галай.

Наталья Михайловна спустилась в «мертвецкую», где на оцинкованном столе лежало маленькое тельце дочери, упала на него и зарыдала.

И вдруг Нина подала признаки жизни! «Мама сделала единственное верное в тех ужасных условиях — начала отсасывать мой дифтеритный гной. Когда пришла врач, я уже слабо дышала, — делится воспоминаниями Нина Галай. — Этот случай был уникальным: мы спасли друг друга, наверное, в самый страшный день нашей жизни».

Спустя два месяца произошло ещё одно чудо: из московского госпиталя пришло письмо, что отец Нины жив и тяжело ранен. После боя его сочли погибшим, боец был наполовину засыпан землёй. Однако кто-то из похоронной команды заметил, что капитан Качкин вроде как дышит и позвал санитара из медсанбата...

Станок вместо игрушек. Как взрослели дети в тыловом Горьком Подробнее

Канделябры для фронта

С игрушками в тыловом Горьком было туго. Но детство есть детство. Нина приспособила для игр два канделябра, которые ласково назвала Адамом и Евой. Даже платье и тогу им справила, чтобы любимые игрушки не простудились.

Однажды вместе с мамой в дом пришёл неизвестный хромой мужчина с мешком и сказал: «Камни, гражданка, сдавать будем?» Мама Нины ответила: «И камни, и серьги, и кольца».

Наталья Михайловна попросила дочку принести те самые канделябры. «Я поняла, что этот хромой дядька их заберёт и на всякий случай громко заревела. «Ниночка, ты же хочешь, чтобы наш папа пришёл домой?» — мама смотрела на дочь строго, и одновременно ласково...

Нина Николаевна не помнит, как взрослые уговорили её отдать единственных «друзей» Адама и Еву, но на всю жизнь запомнила, как «дядька с мешком» сверлил в канделябрах дырки, тщательно собирал блестящую белую стружку и складывал её в мешочек.

Оказалось, Адам и Ева были серебряными, а «дядька» собирал драгоценные камни и металлы «в фонд Победы».

На всю жизнь Нина Галай запомнила налёты фашистов на Горький. Одним из предвестников воздушной тревоги на радио почему-то была песня «Любимый город может спать спокойно». Как правило, следом звучало: «Внимание! Внимание! Воздушная тревога!» После всем следовало спуститься в бомбоубежища во дворах.

Однажды ночью Нина с мамой спали, начался налёт, осколок от снаряда залетел девочке в кровать. В другой раз семья попала под авианалёт на теплоходе — он шёл по Волге. «Вода вокруг стояла столбами. Было страшно и очень любопытно», — вспоминает Нина Галай.

Кролики, огороды, детдом. Как пионеры помогали блокадникам и фронту Подробнее

«Скажите взрослым, что Победа!»

Навсегда впечаталась в память Нины первая встреча с отцом, прибывшим с фронта. В тот день мама ушла отоваривать хлебные карточки. Нина уселась играть под столом с тряпичной куклой — куклу ей сшили после того, как пришлось расстаться с Адамом и Евой.

Вдруг в комнату вошёл незнакомый мужчина в шинели. «Доченька!» — незнакомец тянул к Нине руки, а она вцепилась в ножку стола и категорически не хотела вылезать. Вдруг незнакомец расплакался, положив голову на руки. Оказалось, тогда отец приехал в Горький в командировку и его отпустили на час повидаться с семьёй.

Нина вылезла из укрытия и стала гладить рыдающего незнакомца по колену. Тот встал, выложил что-то из котомки, поцеловал дочь и вышел. Уже с улицы Нина услышала пронзительный крик матери: «Ко-о-о-ля!»

Потом мама плакала навзрыд и всё повторяла: «Коля. Коленька...».

Отец Нины вернулся с войны окончательно в конце 1944 года, после трёх ранений и тяжёлой контузии. Это не прошло даром. Иногда ночами фронтовик вскакивал, ставил одну ногу на табурет, и громко кричал: «Наводка! Квадрат! Приготовиться! Пли!»

Следом вскакивала мама Нины, пыталась успокоить мужа, но он словно не видел и не слышал её. Спустя какое-то время женщина догадалась в такие моменты петь мужу их любимую песню «Дружба». «Сначала отец замолкал, а потом начинал тихо маме подпевать, — пишет Нина Галай. — „Что, Наташа, Николай-то опять вскакивал?“ — сочувствовали утром соседи».

Самый счастливый день военного детства Нины Галай — День Победы. 9 мая 1945 года она с подругами гуляла во дворе, откуда просматривалась часть улицы Ульянова с педагогическим институтом. Вдруг на улице появилось много людей, все быстро шли в сторону площади Минина. «Эй, вы, мелочь, скажите взрослым, что Победа!» — крикнул девочкам прохожий.

Вместо этого девчонки с воплями «Победа! Победа!» помчались вместе со всеми. «Казалось, что на площади были все: женщины, дети, старики, старухи, инвалиды. Гремела музыка. Люди обнимались. Пели. Что-то кричали. Смеялись, — завершает свои воспоминания Нина Галай. — Танцевали под „Смуглянку“ и мелодию вальса „На сопках Маньчжурии“. Кто-то играл на гармони. Кто-то плакал. Какие-то люди брали нас на руки, подбрасывали вверх и целовали со словами: „Папка скоро вернётся!“ Это был первый день Победы».