Примерное время чтения: 6 минут
2596

«Я не хотела умирать». Беженка первой волны – о трудном переезде из Донецка

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 9. Аргументы и Факты - Нижний Новгород 02/03/2022
Татьяна Рыбалка / Из личного архива

События последних дней заставляют сердце сжиматься. Тысячи беженцев из Донбасса вновь, как и восемь лет назад, прибыли в Россию, бросив свои дома и родных.  

После 2014 года многие такие люди, приехав, остались здесь, обрели новый дом, работу, друзей. С чем пришлось столкнуться в Донецке в 2014 году, как привыкала к жизни в России, «АиФ-НН» рассказала беженка первой волны Татьяна Рыбалка.

«Нас предали»

В 2014 году Татьяне было 22 года. И у неё было всё: родители, сестра, молодой человек, любимый город, любимая работа поваром в одном из лучших местных ресторанов. Но в конце мая без предупреждения, среди бела дня, Донецк начали бомбить, потом в небе показались истребители. Это сейчас девушка спокойно может рассказывать о том, как снаряд попал в её дом, как люди теряли руки и ноги, как погибали. Тогда же это было настоящим ужасом. В городе началась паника.

«Я считаю, что нас тогда предали, мы ведь были мирными жителями», – говорит Татьяна. Тогда выехать в Россию могли все желающие: между бомбардировками был двухчасовой коридор, в который население спешно покидало родные места. Например, друзья девушки уезжали из города ночью на поезде с выключенным светом.

Татьяна тоже предложила родным и своему молодому человеку отправиться к родственникам в Подмосковье, чтобы переждать, пока всё успокоится. Но сестра ждала малыша, нужно было везти её в роддом, и родители не смогли оставить будущую маму в такой ситуации. В итоге в подмосковный Подольск уехали только Татьяна с другом.

Взрывы в городе миллиона роз

Первое, что шокировало молодых людей в средней полосе России, – июньский холод. На улице +10 градусов, а они в лёгкой летней одежде. Хорошо, что родители потом прислали посылку с вещами. Никаких пособий выходцам с Донбасса в 2014 году не выплачивали, статуса временного убежища, который позволял работать в России, не покупая патента, долго не выдавали. Денег оставалось всё меньше, и молодые люди вынуждены были устроиться на работу нелегально. Татьяну взял в помощники известный в Москве шеф-повар.

«До сих пор не понимаю, зачем он взял меня, девочку с травмой, которая постоянно плакала и отслеживала сводки новостей, – недоумевает теперь Татьяна. – Из-за своего состояния я подводила девчонок на кухне, но шеф даже выписал мне премию. Я ему очень благодарна за поддержку!»

Но ради работы приходилось тратить на дорогу по шесть часов в день, девушка нормально спала буквально по два часа в сутки. Из-за наплыва беженцев в Москве начались проверки работодателей, Татьяна уже не могла трудиться нелегально. Брать в долг у шеф-повара, чтобы оформить разрешение на работу, тоже не стала, решила уйти. В дальнейшем работа на ещё одного очень известного ресторатора напрочь отбила у девушки желание быть поваром, и она переключилась на продажи.

Полученный статус человека, пребывающего во временном убежище, позволил трудиться в России уже легально. Однако на второй год статус ей не продлили.

«Девочка, езжай домой, у вас всё там хорошо», – сказали ей те, кто принимал решения, и были непреклонны.

«Есть 30 дней, чтобы покинуть страну. А там стреляют! В мой дом «Град» попал два раза», – говорит Татьяна.

Тем не менее, она вернулась в Донецк. Молодой человек остался в России, и пути их разошлись. Чтобы в Донецке уберечь на первых порах Танину психику, подруга инструктировала: по дороге тут в окно не смотри, там тоже не смотри…

«Впервые увидела племянницу, которая родилась без меня. Мой отец был весь седой. Я так рыдала! – заново переживает те эмоции девушка. – У нас такой красивый город, его называют городом миллиона роз. Даже во время обстрелов там было чисто! Но везде убежища, убежища... Однажды я проснулась от того, что недалеко падает снаряд. Мне было очень страшно. Я не хотела, например, остаться без конечности… И вернулась в Россию».

Встала на ноги

Чтобы встать на ноги, в России, в Подмосковье, девушка влезла в долги и всё же оформила патент на работу. Она работала в двух-трёх местах, спала не больше четырёх часов в сутки. Бывало, что спать приходилось на лавочке и есть самые дешёвые консервы… Но Татьяна не жалела о том, что вернулась в Россию.

Однажды фотографию Татьяны у общих знакомых увидел нижегородец, захотел познакомиться… И начался роман на расстоянии. Потом был переезд в Нижний Новгород и свадьба. Свекровь подтолкнула Татьяну к тому, чтобы получить российское гражданство. Ради паспорта РФ пришлось несколько раз сдавать экзамены.

Правда, семейная жизнь не сложилась: девушка рассчитывала получить надёжную опору, в итоге пришлось самой работать за двоих. И снова на двух работах: была бариста, администратором в заведении общепита, а год назад стала управляющим ресторана.

«Работа была адская, но я копила на ипотеку. И очень счастлива, что смогла купить комнату в общежитии, – радуется Татьяна. – Более того, во время пандемии я выучилась на графического художника. Теперь не боюсь остаться без работы».

Кстати, даже живя в России, Татьяна, как могла, помогала родному городу: собирала деньги и закупала канцтовары для детей из донецкого детского дома, корм и уголь на зиму для приюта, который содержит покалеченных войной собак. Вот и сейчас перевела донецкой подруге деньги на 30 кг корма для бедных животных...

«Война скоро закончится!»

Татьяна сопереживает и нынешним беженцам, но уверена, что им повезло: им не пришлось уезжать уже из-под обстрелов, всё произошло до начала боевых действий.

«Конечно, люди оттуда напуганы и переживают за близких, которые остались, – говорит девушка. – Моя сестра с мужем и двумя маленькими детьми хотела уехать в Россию, но мужчин мобилизуют, не выпускают. Без главы семьи они не поехали. Родители тоже остались. Говорят: "Здесь наш дом, что будет, то и будет".  Я за них очень волнуюсь».

Отношение к нынешним вынужденным переселенцам у части россиян неоднозначное. Татьяна может это объяснить: «Есть беженцы двух типов. Одни приехали и вкалывают с установкой: «Мне никто ничего не должен. Не обстреливают, и слава богу». А другие со временем озлобляются: «Я бедный, несчастный, мне все должны». Именно из-за вторых отношение ко всем беженцам не всегда доброе. Но и выходцев с Донбасса тоже нужно понять: они в один миг лишились всего, стали заложниками ситуации. И я точно знаю: в России есть добрые люди, которые готовы помочь попавшим в беду».

В любом случае сейчас Татьяна считает, что многие эвакуированные скоро вернутся домой: «Люди почти восемь лет ждали признания ЛНР и ДНР. Мы надеемся на конец войны в Донбассе. Я уверена, что в ближайшее время всё будет хорошо!».

Оцените материал
Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно